Нефть и газ · MOEX: JNOS
У ЯНОS геополитическая зависимость высокая, но устроена непривычно. Сам завод ничего не экспортирует и не продаёт нефтепродукты от своего имени — он зарабатывает рублёвый тариф за услугу переработки чужой нефти, и почти вся выручка (~89%) приходится на двух связанных заказчиков: «Газпром нефть» и «Роснефть». Поэтому прямого санкционного или валютного удара по выручке завода нет. Зато ЯНOS зажат между тремя сильными геофакторами сразу: его физически бьют беспилотниками, оба его материнских заказчика — под блокирующими санкциями США, а экспортные каналы для нефтепродуктов закрываются эмбарго ЕС. Общий фон — риск; главная уязвимость — физическая загрузка завода (объём услуги переработки).
1. Атаки беспилотников по самому заводу — главный и самый прямой риск. Ярославский НПЗ — повторяющаяся цель ударов БПЛА: подтверждённые эпизоды в октябре и декабре 2025, марте, апреле и мае 2026, с пожарами и временными остановками установок (по отрасли в пик 2025 из строя выводилось до ~17% мощностей переработки). Цепочка простая и жёсткая: удар → аварийный простой и ремонт → меньше переработанных тонн → выручка процессинга (объём × тариф) падает. В отличие от санкций, это бьёт не по экономике сделок, а по физической способности завода работать. Сценарии (это суждение, не прогноз даты/исхода): — эскалация: учащение/утяжеление ударов → длительные простои ключевых установок, дорогой ремонт, провал объёма (сильный риск); — статус-кво: периодические удары с временными остановками как «новая норма» — завод работает, но с эпизодическими провалами загрузки (умеренно-сильный риск); — деэскалация: снижение интенсивности ударов → стабилизация загрузки (умеренная возможность). На наш взгляд, в среднесроке более вероятен диапазон между «статус-кво» и «эскалацией», чем устойчивое прекращение: пока конфликт идёт, перерабатывающая инфраструктура остаётся приоритетной целью, полностью закрыть глубокий тыл от дронов оборона не может, а издержки продолжения ударов для атакующей стороны низки. Частоту и исходы не предсказываем — это принципиально неопределимо.
2. Санкции (SDN) на обоих материнских заказчиков — опосредованный риск. «Газпром нефть» под блокирующими санкциями США с января 2025, «Роснефть» — с 22 октября 2025; под ограничения попало около трёх четвертей российского нефтяного экспорта. Оба контролируют ЯНOS и дают ему ~89% выручки. Удар идёт не по тарифу завода напрямую, а по акционерам: им труднее продавать и получать расчёты → дисконты и сужение сбыта → меньше стимула грузить переработку → ниже загрузка ЯНOS. Смягчает риск то, что переработка под внутренний рынок нужна вне зависимости от внешних санкций, поэтому «обнулить» загрузку они не могут. Усиливает — попадание самой «Славнефти» и ряда НПЗ в санкционные списки ЕС в 2026 году. Суждение: быстрого снятия санкций ждать не стоит — это постоянный рычаг давления; более вероятна траектория уплотнения (вторичные санкции, закрытие обходов), чем смягчения.
Продолжить в приложении: геополитика Славнефть-ЯНОС (Ярославский НПЗ) →Basis — независимый аналитический слой, не брокер и не даёт сигналов «купить/продать». Числа на этой странице — из годовой отчётности на дату последнего обновления разбора; живые показатели (цена, мультипликаторы, апсайд к справедливой цене) считаются в приложении. Материал не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.